«Была обижена на систему и мир». Тяжелоатлетка Сотиева о медали чемпионата Европы, дисквале и незакрытом гештальте - «Спортивные новости»

Российские тяжелоатлеты вернулись на международные старты в 2025 году. Первым с 2022 года крупным турниром для команды стал чемпионат мира, но медалей наши там не выиграли.

В 2026-м спортсмены отправились на чемпионат Европы. И вот там уже смогли отметиться на пьедестале почета. Сборная России собрала 7 медалей (1 золото, 4 серебра, 2 бронзы).

Одной из обладательниц наград в Батуми стала Яна Сотиева. 23-летняя тяжелоатлетка вернулась на международные турниры спустя 5 лет и сходу стала второй в весовой категории до 86 кг.

Результат Сотиевой удивляет еще и тем, что она осталась в топе, несмотря на два года дисквалификации. Яна долгое время не тренировалась, но, когда бан закончился, сумела набрать форму и показать, что до сих пор в полном порядке.

Sport24 поговорил с Сотиевой о чемпионате Европы и дисквалификации, которая случилась не по ее вине.

— Ты вернулась на международную арену спустя 5 лет и признавалась до чемпионата Европы, что тебе волнительно. Как в итоге было?

— На соревнованиях тоже во время выступления были переживания, мандраж. Тем не менее они помогли собраться. Я преодолела это волнение и обрела былую уверенность в себе.

— Насколько сильно изменилась тяжелаяатлетика за время твоего отсутствия?

— На международных стартах не сильно что-то поменялось. Все так же.

Наша команда хорошо выступила, мы достаточно неплохо смотрелись. Думаю, в следующий раз, учитывая, что нас допустили до международных стартов, мы будем уже бороться не то что за призовые места, а за золотые медали.

В России, понятное дело, конкуренция не на таком уровне, как на международных стартах. Когда ты долго сидишь дома, поднимаешь свои веса, знаешь, что ты — лидер, особой мотивации прибавлять нет. На международных турнирах все иначе. Ты понимаешь, что тебе надо улучшаться, потому что другие тоже не спят и тренируются.

— Перед чемпионатом Европы ты говорила: «Самая главная задача для меня — это поднять максимальные для меня килограммы, но цифры называть сейчас не хочу, чтобы не сглазить». Какие цифры были в планах и совпали ли они с итоговыми?

— В рывке с тренером плюс-минус рассчитывали на 112 кг. Мы об этом говорили уже на первом сборе, то есть за 7 недель до соревнований. В толчке, конечно, из-за того, что мне не засчитали второй подход, не удалось выйти на свой максимум. Это изначально расстроило, потому что была возможность заполучить золотую медаль во всех упражнениях и в сумме. Спустя месяц со дня выступления от этого уже не так грустно, просто есть понимание, что я вернусь и покажу, что способна побеждать.

— Твое серебро болельщики приравнивали к золоту. Спустя время как ты относишься к своей медали из Батуми?

— Я провела два года без тренировок. Тренироваться начала после завершения дисквалификации, за 6-7 месяцев до первых соревнований. Это достаточно большой перерыв для тяжелойатлетики. И, тренируясь всего лишь полгода, дойти до серебра чемпионата Европы, я считаю, очень достойный результат.

— Ты должна была вернуться на международные старты еще в прошлом году, когда тяжелоатлетов начали допускать в нейтральном статусе, но тебе несколько раз отказывали в допуске. Какие причины назывались?

— К сожалению, причины нам до сих пор неизвестны, и их никто и не озвучит.

— Что ты чувствовала, когда раз за разом получала отказ?

— Когда первый раз мне отказали, я расстроилась, но надеялась, что, может быть, второй раз сработает. Потом пришел очередной отказ, и я начала терять веру, опускать руки. Мне помогло только то, что надежда умирает последней. И вот на третий раз все сложилось.

— Когда нейтральный статус все же одобрили, что ты испытала?

— Я очень замотивировалась. Поняла, что все не зря, что это мой шанс проявить себя.

— В 2021 году ты выиграла серебро чемпионата Европы и бронзу чемпионата мира в весе до 76 кг. Почему в 2026-м выступаешь в гораздо более тяжелой категории?

— У нас постоянно меняются олимпийские весовые категории. Из-за этого мне, например, пришлось набирать до 81 килограмма, потому что эта категория была олимпийской. Можно было опуститься до 71 кг, но при моей комплекции это было нелогично. Я бы не смогла ничего поднимать. В итоге два года тренировалась в весовой категории до 81 кг, а потом случилась двухлетняя пауза.

За время своего отсутствия я сильно похудела — весила 74 кг. Когда пришло время возвращаться, мы думали, в какой весовой выступать — либо 77, либо 86 кг. Решили, что 86 будет лучше, потому что 77 — уже пережитая категория. Я могла бы вернуться, но тогда бы все мои старые травмы вернулись. У нас, чем больше вес, тем меньше травм, поэтому я решила не рисковать.

— Насколько комфортно себя чувствуешь в новой категории?

— Пока тяжело. Девочки там помощнее. Мне нужен годик минимум, чтобы настояться в этой категории.

— Как ты изменилась по сравнению с 2021-м?

— Кроме того, что набрала 10 кг, психологически стала воспринимать все попроще.

— Ты вернулась на помост только осенью 2025 года, а до этого отбывала двухлетнюю дисквалификацию за допинг. Первым официальным стартом стал Кубок России в феврале 2026-го, который ты выиграла. Как тебе было на соревнованиях спустя такое количество времени без них?

— Когда ты возвращаешься, конечно, это всегда радостно, это некое внутреннее счастье, особенно когда выигрываешь.

Я начала все заново. У меня не только новый период в карьере, но и новый тренер, команда.

— Свою победу на Кубке России ты посвятила маме. Какой была ее роль в столь тяжелое время для тебя?

— Не только мама, но и папа переживали за меня очень сильно. Их эта ситуация расстроила, наверное, больше, чем меня.

Они очень хотели, чтобы я вернулась в спорт, но сказали, что поддержат любое мое решение, что они всегда рядом. И это самое важное — когда тебе дают право выбора и просто показывают, что рядом при любых обстоятельствах. И когда я вернулась, они были безмерно счастливы.

— В одном из интервью ты призналась, что у тебя была депрессия на фоне бана. Как ты справилась?

— Первое время, конечно, были очень сильные эмоции, неописуемые. Мне не оставалось ничего, как прожить этот момент, выплакаться, перестрадать. В то же время я понимала, что жизнь продолжается, нужно идти дальше, стараться цепляться за что-то хорошее в жизни, искать моменты, на которые можно сделать акцент. И еще очень важно, чтобы рядом с тобой были хорошие люди, которые действительно тебя поддерживают, протягивают руку помощи.

— Два года ты получила за экстракт герани, который производители БАДов часто не указывают на этикетках своей продукции. Так и не удалось выяснить, откуда он взялся в твоей пробе?

— Нет, а так хочется знать всю правду. Мне остается только опираться на то, что на 70-80 процентов причина была в загрязненном БАДе.

— Подобные истории с загрязненными БАДами случаются довольно часто. Как ты теперь относишься к ним после своего случая?

— И до дисквалификации для меня это была максимально щепетильная тема. Я сто раз проверяла, лишний раз что-то не пила. Всегда к любым добавкам и препаратам ответственно относилась. И сейчас я просто поняла, что не все от нас зависит. Я со своей стороны и так ответственно относилась. И сейчас продолжаю относиться. Конечно, после дисквалификации у меня больше переживаний, когда что-то пью, даже если это витамины. Есть некая паранойя.

— Из этого опыта, как ты сама признавалась, забрала опыт и силу. Чему еще тебя научила эта история?

— У тебя всегда есть ты сам. Главную опору надо искать в самом себе. Не нужно позволять каким-то внешним обстоятельствам тебя ломать.

Вся эта ситуация произошла не просто так.

— Что ты успела попробовать нового, пока было время?

— Старалась ходить на всякие обучающие курсы, на ораторские поединки, на встречи, где собираются люди, у которых разный род деятельности. Я заводила новых друзей. Отучилась на права.

Эти два года свободной жизни, которой у спортсменов не бывает, потому что очень плотный график, прошли довольно насыщенно.

— Ораторские поединки сильно заставили выйти из зоны комфорта?

— Я туда попала благодаря лучшей подруге. Мы с Анастасией Романовой тренируемся у одного специалиста. Она знакома с человеком, который проводит ораторские поединки. Настя меня позвала один раз, и затем мы стали часто туда вместе ходить.

Конечно, это выход из зоны комфорта. Перед тобой сидит примерно 50 человек, которых ты не знаешь, и тебе нужно перед ними выступать. В первый раз я думала о том, что штангу на чемпионате Европы было не так волнительно поднимать, как говорить перед людьми.

— У тебя появился мотоцикл, на котором ты сама гоняешь. Расскажи.

— Меня как-то покатали на мотоцикле, и я загорелась. Это такая свобода, драйв, адреналин. Эмоции внутри бурлят. В итоге пошла учиться на права в Сочи. Там такая красивая площадка.

После получения прав купила себе мотоцикл, каталась. Сейчас наступил ответственный момент, как начало квалификации к Олимпийским играм. И я понимаю, что это увлечение надо пока отложить, так как это действительно опасно. Я не хочу подводить ни себя, ни тренеров.

— Ты была близка к тому, чтобы не вернуться в спорт?

— Я не собиралась возвращаться в спорт. Была немного обижена на систему, на мир и так далее. И только благодаря моим близким людям, тренеру поняла, что нужно попробовать снова. У меня остается нереализованный потенциал. Я это чувствую.

— «Есть незавершенный гештальт, а значит — есть зачем возвращаться», — признавалась ты. О чем речь?

— Самая главная цель каждого спортсмена — попасть на Олимпийские игры. Это мечта, на которую люди кладут половину жизни.